Тезисы докладов по методологии и методике

 

М.В. Астахов

О СООТНОШЕНИИ ТЕХНОЛОГИИ, ПОДХОДОВ, МЕТОДОВ И МЕТОДИК
В ИСТОРИКО-НАУЧНОМ ИССЛЕДОВАНИИ

       Как известно, объективная направленность и результаты человеческой деятельности определяются не провозглашаемыми целями, а используемыми методами. Не цель, а сам человек произвольно, но сообразуясь с целью, являющейся ничем иным как осознанной потребностью, определяет форму своей деятельности, а тем самым и ее результат. Сказанное в полной мере относится и к научной историко-познавательной деятельности как разновидности познавательной деятельности и деятельности вообще.

       Признав сказанное, мы тем самым превращаем вопрос о методах исторического познания в главный, основной вопрос всей исторической науки. Однако это не столько теоретический вопрос - это не вопрос о познании использованных методов, а сама практика, хотя и духовная, по их формированию и конструированию. Добиваясь в познании качественно более высоких целей, исследователь вынужден совершенствовать старые и создавать принципиально новые методы.

       Вопрос о методах исторического исследования остается одним из наиболее сложных и наименее изученных. Усилиями Ивана Дмитриевича Ковальченко были сделаны первые значительные шаги по систематизации применяющихся исследователями методов и формированию общей картины положения дел в этой области [1]. Это позволяет выявлять, ставить и более детально анализировать вопросы методологии исторического познания. Одной из таких проблем является вопрос о соотношении технологии, подходов, методов и методик исторического исследования.

         По мнению В.А. Перевертня технология в историко-научном познании - это "совокупность знаний о том, что и как нужно сделать, чтобы решить поставленную задачу и набор используемых для этого средств" [2].

        Как нам представляется технология в действии является процессом деятельности. Необходимость использовать в исторической науке понятие информационные или компьютерные технологии возникла лишь тогда, когда появилась принципиально новая техника по переработке информации с помощью персональных компьютеров. Реакцией на новое явления были новые понятия, которые были призваны зафиксировать в своих значениях различия в способах работы на основе бумажной технологии и с помощью компьютерной техники. Отсюда следует, что бессмысленно выводить значение понятия "бумажная" или "традиционная" технология из понятия "технология". Реальный процесс возникновения слов и научных понятий протекает иначе.

        Ключевым понятием в этой системе категорий является понятие "деятельность", поскольку и информационные технологии, и подходы, и методы, и методики являются лишь разновидностями человеческой деятельности.

        Обращаясь непосредственно к историко-научной познавательной деятельности, следует отметить, что представляется возможным: использование компьютера в процессе введения, переработки и вывода информации назвать компьютерной технологией; различение в понимании и в выборе предмета исследования в развитии общества объективной или субъективной стороны возможно именовать подходами; целесообразно-избранную форму деятельности, учитывая сложившуюся традицию, можно называть методом; а внешнюю предметную форму деятельности с целью получения научных знаний или обеспечения условий осуществления данной деятельности назвать - методикой.

       В исторической науке сложилась традиция под методами, как правило, понимать лишь целесообразно избранную интеллектуальную деятельность. Представляется целесообразным сохранить эту позицию, в то же время учитывая, что существует и более широкое социально-философское понимание методов, приведенное нами выше. Оно охватывает технологии, подходы, методы в узком смысле слова, а также методики.

      Методы исторического исследования (методы в узком смысле слова) остаются общими и не меняются при переходе от бумажной к компьютерной технологии, но лишь дополняются.

       Особо стоит вопрос о методиках исторического исследования. К сожалению, до настоящего времени методики в исторической науке, как правило, не зафиксированы в специальных исследованиях. Не разработаны специальные методы и методики по трансляции историко-научных познавательных методик от одного поколения исследователей к другому. На практике трансляция методик исторического исследования осуществляется от Учителю к Ученику путем наглядной демонстрации личного опыта Учителя-исследователя Ученику - будущему исследователю (студенту или аспиранту) и соответствующего индивидуального объяснения. Такая ситуация приводит к крайне неэффективной трансляции методического опыта от одного поколения историков-исследователей к другому и к утере значительного методического опыта, которым реально располагают российские историки.

       Отсюда вытекают существенные выводы относительно методик в различных технологиях (компьютерных или бумажных) используемых историками. Методики будут также качественно иными. Необходимо, не теряя времени на отражение и фиксацию в публикациях методик бумажной технологии для научно-исторического исследования, приступить как можно быстрее к описанию и фиксации методик компьютерных технологий исторического исследования.

 

В.В. Подгаецкий

"ИСТОРИЧЕСКАЯ ИНФОРМАТИКА" КАК ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ XX И/ИЛИ XXI века?
Pro et contra (ad hominem)

Истина рождается как ересь, а умирает как заблуждение.               
Георг Вильгельм Фридрих Гегель

        Учитывая условия, которые предлагает жанр тезисов, я, в соответствии темой своих размышлений, сформулированной в их названии, изложил мнения "против" и "за" историческую информатику (далее – "ИИ" – В.П.) и сопроводил их выводом – предложением, которое, по-моему, может убрать многие противоречия между "клиометристами" и "традиционалистами" и способствовать их взаимопониманию.

      C o n t r a 1. "ИИ" присуща излишняя формализация как огрубление и искажение смысла текстов (клиометристы "не умеют читать" без помощи сканера)

        P r o 1. Авторы текстов, зачастую, называют одни и те же "вещи" разными именами и тексты, >как знаковые системы, имеют свои структуры, которые и отвечают за их смысл и >содержание, их то и пытается понять "ИИ".

        C o n t r a 2. "ИИ" создает модели источников, вместо создания моделей исторических явлений и процессов, и превращает историю в историю баз данных.

        P r o 2. Cоздание БД, т.е. моделей источников, есть "общеисторический способ" обеспечения исторического исследования необходимой информацией для решения его задач. Историки, работающие в пространстве традиционных методологий, делают то же самое, что и клиометристы, но, создавая свои БД в виде выписок и цитат из документов. Клиометристам было сложнее научиться делать свои БД. ЭВМ – сложнее, чем ручка и ножницы, и этап обучения созданию БД в "ИИ" был, однако он был этапом, а не ее самоцелью.

       C o n t r a 3. Выводы клиометристов сформулированные в виде тенденций в изменении состояний определенных явлений не конкретны и приводят к размыванию, к деконкретизации >исторического прошлого, к замене реальных фактов на некие виртуальные тенденции.

       P r o 3. Существуют т.н. "массовые явления", в поведении которых большую роль играет элемент случайности, иными словами, однородные объекты, входящие в определенную их совокупность "ведут" себя по-разному и установить особенности в их общем поведении можно, только представив эти особенности в виде тенденций, фиксирующих единообразие, именно, в их групповом поведении.

      C o n t r a 4. "Коллективные портреты", как метод изучения людей, "убирают" из истории конкретного человека.

       P r o 4. "ИИ" не "пишет" "коллективных портретов вождей" и иных "выдающихся личностей", а более-менее обычных людей, и именно тех, кого называли "народными массами" и эти портреты – многомерны, т.е. значительные по количеству наборы самых обычных признаков не дают исчезнуть из истории "простому человеку", фамилию которого всегда можно найти в БД.        
      C o n t r a 5. История не должна быть ни "математикой", ни "художественной литературой", а оставаться тем, чем она была до появления модернизма ("вызов математики") и постмодернизма ("вызов нарратива").

       P r o 5. История, как наука, сегодня не может быть тем, чем она уже была, скажем, в XIX в., иначе она окажется просто не способной понять то, что произошло вчера. Иначе говоря, она должна быть способной ответить и на вызов статистики и на вызов нарратива.

       C o n t r a 6. Самое главное в человеке, человеческое в человеке (чувства и мысли) нельзя измерить и подсчитать, т.о., "ИИ" занимается чисто внешними характеристиками человека, а "человеческое" исчезает из ее поля зрения и форма торжествует над содержанием, а количество над качеством.

      P r o 6. Хорошо, если есть источники "прямо говорящие" нам о внутреннем мире и о состоянии человека. Однако таких источников ничтожно мало и приходится изучать "чувства и мысли" опосредовано, через "дела человеческие", подходя к решению этих проблем очень осторожно, без преувеличения своих возможностей и без абсолютизации своих результатов, помня то, что изучать не только "бытие", но и "сознание" людей все мы начали не так давно...

       C o n t r a 7. "ИИ" "уменьшает", принижает роль человека-историка, абсолютизируя роль компьютера и "математики".

        P r o 7. Революционная роль "ИИ" заключается не только и не столько в том, что она "привела" в историю ЭВМ и матметоды, а в том, что вместе с ними в историю пришел общенаучный теоретико-методологический опыт, в частности, парадигма "система-модель-знак". А компьютер точно также принижает роль историка как человека, как это раньше делали печатная машинка, шариковая ручка и гусиное перо. Думаю, что одна из причин такого противостояния историков состоит в том, что "ИИ" еще не достаточно самоопределилась и не назвала своего настоящего имени и самое большое на что она (как мне кажется) претендует сейчас – это роль специальной исторической дисциплины. То есть " ИИ" "видит" себя в роли достаточно узкой, специализированной составляющей даже не источниковедения, а еще одной из его составляющих – "методов исторических исследований". Думаю, что противостояние может исчезнуть если "ИИ" сделает еще один шаг и назовет свое настоящее имя – ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ XX – XXI века.

 

Т.И. Славко

МАТЕМАТИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ В ИСТОРИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ:
СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА СТАРЫЕ ПРОБЛЕМЫ

         Проникновение математических методов в научный арсенал советских историков, активизировавшееся в 1960-е и последующие годы, итоги накопленного опыта в данной области, потребовали анализа ряда связанных с этим теоретических проблем.

        В работах 70-80-х годов И.Д. Ковальченко, В.З. Дробижева, К.В. Хвостовой, Л.И. Бородкина, А.К. Соколова и других авторов раскрывается своеобразие сферы применения математических приемов, анализируются проблемы, отражающие место математических методов в исторических исследованиях, вопросы их соотношения с традиционным анализом, проблемы измерения социальных объектов, математизация и точность исторического исследования и т.д.

       В конце 80-х – 90-е годы интерес к теоретическим вопросам стыка истории и математики падает, что объясняется объективными причинами переноса акцентов на проблемы информатизации.

        В настоящее время создание разнообразных баз данных, использование Internet-технологий, приход в исследовательскую среду поколения историков, свободно владеющих компьютером, с одной стороны, и значительный интерес математиков к прикладным задачам в гуманитарной сфере, – с другой, вновь заострили внимание на теоретических проблемах математизации исторического знания.

        Прежде всего, это проблема точности исторических выводов, полученных с помощью математических методов. Математическая строгость сама по себе без взаимосвязи с исторической стороной исследования не означает точности, надежности результатов. Данное положение сейчас является истиной для большинства историков, но часто игнорируется математиками-прикладниками.

        Точность исторического знания определяется также и возможностью неоднократного воспроизведения закономерностей, полученных с помощью математических методов. Данная проблема являлась трудноразрешимой на ЭВМ поколения 70-80-х и практически полностью снята при современных технологиях.

К числу наиболее важных относится и проблема измерения в истории. Как ранее, так и сейчас в центре внимания историков находятся те математические методы, которые требуют предварительной замены качественных характеристик количественными величинами путем введения различных эквивалентов. Наиболее часто привлекаемые классические методы математики предполагают доказательство границ использования, в том числе нормальности и линейности. В настоящее время одним из наиболее перспективных в плане расширения возможностей применения математических методов в исторических исследованиях является привлечение непараметрических подходов, например фрактального анализа.

          В связи с этим, до сих пор слабоизученными являются проблемы определения основных свойств массовых источников, которые правомерно обрабатывать с помощью математических методов, их классификации в зависимости от проявления таких свойств, а также границ использования конкретных математических методов. Эти же проблемы сейчас связаны и с возможностями математической обработки баз данных, в том числе корректность использования тех или иных математических приемов (функций), содержащихся в стандартных пакетах.

         Перечисленные выше проблемы напрямую влияют на программы учебных курсов по высшей математике и прикладным математическим методам в исторических исследованиях для студентов исторических факультетов. Они вновь поднимают проблему соотношения математических, количественных и традиционных методов исследования.

 

Ю.Л. Щапова

ХРОНОЛОГИЯ И ПЕРИОДИЗАЦИИ ДРЕВНЕЙШЕЙ ИСТОРИИ
КАК ЧИСЛОВАЯ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ (РЯД ФИБОНАЧЧИ)
[1]

        Главными и самыми трудными для решения считаются в археологии две задачи: происхождение и датирование вещей. Датирование и следующая за ней задача хронологического изучения древностей, может быть, и самые ответственные. Обе задачи решают последовательно: сначала устанавливают относительную хронологию. Такую хронологию устанавливают собственно археологическими методами, дополняя и проверяя такие даты методами палеонтологии, палинологии, геологической стратиграфии и т.д. Для абсолютного датирования используют физические, физико-химические, биологические и другие методы, отдавая предпочтение дендрохронологии и радиоуглеродному методу датирования. Дендрохронологическим датам придано значение календарных, для остальных, полученных иными методами, кроме вероятной календарной даты, указывают статистическую ошибку, присущую самому методу.

           Жесткая хронология древностей (за редким исключением) и жесткие хронологические границы между эпохами, культурами, культурно-историческими общностями и т.д. в археологии не приняты. Периодизация и синхронизация эпох, культур и памятников надежна, а их хронология скорее условна и согласительна. Кроме того, существует насколько систем хронологии, поскольку согласованные даты признают и следуют им далеко не все.

        История древних материалов и древних технологий во многом зависит от надежности и точности датировок. Предпочтение любой системы датирования, несмотря на самые серьезные обоснования ее выбора, станет объектом критики. В итоге: место определенности в датах займут разрушающие целое многозначность и фрагментарность частных хронологий, сопровождаемые бесконечными дискуссиями. Принятое регионально-хронологическое разделение объекта науки археологии лишает актуальности всякие поиски общего основания для хронологии древностей или общего знаменателя в ее построении. Выход из такого состояния до сих пор не найден.

        Подход и планируемый масштаб в изучение истории древних материалов и древних технологий потребовал не только уточнения хронологии археологических эпох, культур и древностей. Сравнительно-историческое изучение и материалов и технологий требует единой хронологии и древностей, и археологических культур и эпох. Общие хронологии существуют издавна и в немалом числе, есть хронологии, представленные от одного лица или от авторского коллектива. Главная черта таких хронологий – они , имея огромную эмпирическую базу, представляют собою механическое объединение разных хронологий в некое целое. Как хорошо известно: целое не есть сумма частного. Целое – это особое явление, которое включает в себя частности, но оно не тождественное их сумме. Для выстраивания целого необходимы особые основания, своего рода общий знаменатель, который объединил бы в единое целое все частности, всю эмпирику в хронологии древнейших эпох.

       В качестве инструмента решения возникшей задачи впервые была избрана гармоническая система числовых отношений, так называемый ряд Фибоначчи. Фибоначчи (Fibonacci), это имя, под которым более известен итальянский математик Леонардо Пизано (Leonardo Pisano,1170 – 1228, по другой версии 1180–1240). Он создал так называемую числовую последовательность, начиная с 1, в которой каждый последующий элемент равен сумме двух предыдущих. Приведем ее начальную часть: 1, 1, 2, 3, 5, 8 и т. д.

       Приметы такого ряда очевидны в хронологии эпох I тыс. н.э. – I тыс. до н.э. Числа ряда удачно фиксируют поздний железный век (I тыс. н.э.), ранний железный век и его начало (I тыс. до н.э.). В интервале 5-2 тыс. до н.э. сосредоточены культуры энеолита, поздней и ранней бронзы Европы, к интервалу 8-5 тыс. до н.э. относят европейский мезолит и неолитические культуры Ближнего Востока. Мезолит же Ближнего Востока датируют иначе: 10-7 тыс. до н.э., а мезолит Восточной Европы – 11-5 тыс. до н.э.

       Очевидно, что расхождения в хронологии культур 10-5 тыс. до н.э. региональны. Эти расхождения зависят от неравномерности исторического развития, которая проявилась в это время и сохраняет свое значение на протяжении всего времени в дальнейшем вплоть до настоящего времени.

       Эти расхождения в хронологии археологических эпох, имея региональный масштаб, никак не затрагивают самой гармонической последовательности, присущей ряду Фибоначчи: 1, 1, 2, 3, 5, 8. Сначала казалось удивительным, что некоторые элементы этой последовательности, действительно, соответствуют хронологическим рубежам в древнейшей истории, особенно когда к числам добавлены наименования: "тыс. лет до н.э.", или "тыс. лет тому назад", или просто "тыс. лет". Кроме уже отмеченных совпадений в хронологии археологических эпох I тыс. до н.э. – I тыс. н.э., были найдены и другие.

         Очевидно, что в хронологии археологических культур более раннего времени, развитию которых присущ планетарный характер, следует ожидать более строгого соответствия ряду Фибоначчи. Продолжим ряд, полагая, что указываемая далее последовательность чисел с дополнением наименования тыс. лет.: 13, 21, 34, 55, 89, 144, 233, 377, 610, 987, 1 597, 2 584, 4 181 и т.д. – фиксирует хронологические рубежи древнейшей и древней истории человечества.

       Так, позицию 233 тыс. лет в приводимой последовательности можно отождествить с датой рисского оледенения в Европе, общепризнанная геологическая дата которого 230 тыс. лет т. н. Позиция, соответствующая 377 тыс. лет, близка дате в 400 тыс. лет т. н. К этому времени относят выход человечества из биоценоза. Около середины II миллионолетия (1 597 тыс. л. из ряда) складывается древнейшая археологическая культура олдувай, в середине III миллионолетия (2 584 тыс. лет) появляются австралопитековые формы ископаемого человека, с которыми связывают так называемое начало орудийности. Кроме того, считается, что на протяжении 720 – 600 тыс. лет складывается трудовая традиция и формируется речь. Дата завершения этих процессов находится почти рядом с позицией ряда в 610 тыс. лет.

       Действительно, эти рубежи разграничивают развитие человечества на отдельные этапы, которые иногда называют временными ступенями. Переход с одной временной ступени на другую справедливо считают эволюцией системы. Повторим ряд, обозначив курсивом те ступени, хронология которых проверена и может быть принята для дальнейших действий и рассуждений: 1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34, 55, 89, 144, 233, 377, 610, 987, 1597, 2584. Одиннадцать из 18 позиций ряда совпадают или очень близки общепринятым представлениям о хронологии ранних этапов истории человечества, можно считать, проверенными и подтвержденными с достаточной степенью надежности и точности. Иногда говорят, что одно подтверждение – случайность, два – совпадение, три – тенденция. В нашем случае не три, а 60% проверенных совпадений подтверждены. Такое число подтверждений, очевидно, выражает не только тенденцию. Оно является выражением закономерности.

       Продолжим обсуждение чисел ряда Фибоначчи, проверка которых немного сложнее. Начнем с позиции в 144 тыс. лет. На уровень от 140 (120) тыс. лет большинство исследователей относит начало мустье (средний палеолит). Дата 140 тыс. лет близка позиции ряда 144 (тыс. лет). Конец мустье относят на уровень 40 (35) тыс. лет. Рассчитанная дата 34 тыс. лет почти точно соответствует последнему варианту 35 (не 40) тыс. лет как времени завершения среднего палеолита. Можно допускать, что на уровень, соответствующий 89 тыс. лет, приходится верхняя граница раннего мустье, а на уровень 55 тыс. лет – нижняя граница позднего (мустье). Из сказанного очевидно, что еще две позиции ряда соответствуют общепризнанным (начальной и конечной) датам мустье. Две средних позиции можно было бы считать хронологическими границами внутри эпохи мустье.

        Верхний палеолит датируют, начиная от 40 (35) тыс. лет до 8 тыс. до н.э. На последние тысячелетия верхнего палеолита и первые тысячелетия неолита Восточной Европы приходится эпоха, называемая мезолитом. Приведенную числовую последовательность ряда Фибоначчи можно считать выражением хронологической последовательности исторических событий. Распишем в столбец числа ряда по нисходящей и укажем (в скобках) иную или общепринятую хронологию древнейшей истории (от начала антропогенеза до конца I тыс. новой эры). В следующих столбцах укажем наименование археологических эпох и антропологическую характеристику ископаемого человека (см. таблицу).

***

          Время, отделяющее одну позицию ряда от другой, с каждым шагом сокращается. В сокращении времени – в своего рода уменьшении протяженности (ширины) временных ступеней – нужно усматривать признак ускорения (в развитии рассматриваемой системы). С древнейших времен и до эпохи ранней бронзы коэффициент ускорения f – величина постоянная, равная 1.6. На этапе перехода от ранней бронзы к поздней f = 1.5, от поздней бронзы к эпохе раннего железа – f = 2, от раннего железа к позднему – f = 1. Уменьшение ускорения развития в историческое время, начиная с эпохи бронзы, предстоит оценить.

      Найденный коэффициент ускорения в развития – это первое следствие из приложения ряда Фибоначчи к хронологии и периодизации археологических эпох.

       Ряд Фибоначчи на всем своем протяжении фиксирует временные границы эпох: каменный век, энеолит и бронза, железный век. С его помощью легко устанавливаются все границы этапов развития внутри каменного века, кроме мезолита . Периодизацию культур последних пяти тыс. до н.э. ряд Фибоначчи фиксирует на уровне тех временных ступеней, когда изменяется коэффициент ускорения (ранний, средний и поздний бронзовый век; ранний и поздний железный века).

      Ряд Фибоначчи объемлет события планетарного значения. Хронологические ступени событий, которые не входят в ряд, имеют, следовательно, иной характер. Их периодизация, как и хронология, имеет не планетарный, а только региональный масштаб и характер. Утверждение о планетарном характере событий, которые объемлет ряд – второе следствие из его к хронологии и периодизации археологических эпох .

        Третье следствие этой процедуры заключается в следующем. В развитии каждой эпохи (и каждой культуры) обязательна триада: становление, основное развития и умирание. Ряд делает очевидностью уменьшение каждой следующей временной ступени по сравнению с предыдущей в 1.6 раза, т.е. на коэффициент ускорения. Продолжительность временных ступеней выражает соотношение 5 : 3 : 2. Оно составлено из чисел все того же ряда Фибоначчи. Из этого соотношения следует, что время становления эпох (и культур) примерно равно сумме времени основного ее развития и ее умирания. И, следовательно, самое развитие несимметрично.

        Пик в развитии, которое описывает симметричное (нормальное) распределение приходится на середину (медиану) средней ступени развития. Пик и в случае асимметричного развития должен приходиться на медиану основного (среднего) этапа и по этой причине смещен по времени в направлении ближе к нашему (времени). Величина смещения (в общем случае) должна быть равна половине протяженности среднего этапа. Поясню примером. Средний этап мустье продолжался 34 тыс. лет (89 – 55 тыс. лет). Чтобы найти его середину достаточно 34 : 2 и получить 17. Пик в развитии мустье, согласно расчету должен прийтись на 72 тыс. лет (89 – 17 = 72; 55 + 17 = 72). Восходящая ветвь эволюции мустье растянута на 72 тыс. лет, (144 – 72 = 72), а нисходящая 38 тыс. лет (72 – 34 = 38). По такому правилу можно будет рассчитывать, т.е. расчетно прогнозировать периодизацию археологических культур, существовавших в период равномерно ускоренного исторического процесса, когда f = 1.6, т.е. вплоть до III тыс. до н.э.

       Итак, хронология и периодизация, можно сказать, исторического развития с помощью ряда Фибоначчи разделена на 18 временных ступеней, имеющих планетарный характер. Повторим их: 1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34, 55, 89, 144, 233, 377, 610, 987, 1 597, 2 584. Не подтверждена в настоящее время позиция 987, будем надеяться... События, хронология которых оказывается за пределами ряда, имеют региональный, а не планетарный характер.

Жесткие хронологические границы археологических эпох и периодов, найденные с помощью ряда Фибоначчи, – не более, чем условность. Они или приемлемы или нет. В основе такого выбора лежит научное мировоззрение, научный подход или ориентация. Оно всегда не только строгое и научно определенное, но и глубоко личностное. Именно поэтому не стоит ломать копий, опровергая впервые сделанное здесь мною предложение рассматривать хронологию древнейших эпох человеческой истории как явление глубоко упорядоченное и зависимое от общего процесса эволюции не только человечества, но и природы в целом.

      Нужно пережить и попытаться признать и принять предлагаемое, путь получения надежного результата слишком прост, самый результат слишком значителен. Последствия полученных результатов трудно предвидеть, а все вместе иногда кажется красивой фантазией, иногда невероятным и невозможным, иллюзией и даже фикцией. История науки обещает такую перспективу: цифры и числа забудут, порядок, который они привнесли, останутся.

Хотелось бы привести лишь один пример из истории науки, который замечательно иллюстрирует действенность и прогностическую ценность ряда Фибоначчи.

        Из истории астрономии известно, что И. Тициус, немецкий астроном XVIII в., с помощью этого ряда нашел закономерность и порядок в расстояниях между планетами солнечной системы. Однако нашелся случай, который, казалось бы, противоречил закону: между Марсом и Юпитером не было планеты. Сосредоточенное наблюдение за этим участком неба привело к открытию так называемого пояса астероидов. Правда произошло это после его смерти, в первой четверти XIX в. С помощью ряда Фибоначчи представляют архитектонику и живых существ и рукотворных сооружений, архитектонику и строение Галактик. Эти факты – свидетельства независимости ряда от условий его проявления и признаки его универсальности. Границы большой части исторических совпадают с позициями ряда Фибоначчи. Такие закономерные совпадения делают плодотворной идею представить хронологию развития древнейшей истории человечества как явление универсальное, вне зависимости от конкретных условий и событий, которые с ее развитием связаны. Необходимы лишь целенаправленные поиски дополнительной информации. В литература предмета ее более, чем достаточно.

        Перспективы применения в археологии числовой последовательности, именуемой рядом Фибоначчи, приведенными примерами не исчерпаны. Однако и это их число кажется достаточным. Действительно, общая хронология и общая периодизация, основанная на общих законах естественноисторического развития и математические правила построения периодизации отдельных культур – достаточное научное приобретение само по себе.

        Кроме того, хронология и периодизация, построенные с учетом числовой последовательности, серьезно проверенной и широко применяемой в науке и практике, важны еще и тем, что археолог получает некий хронологический эталон, некое общее и закономерное представление о скорости исторического развития на ранних этапах и новую возможность сравнительно-исторического изучения темпов развития в разные эпохи в разных регионах.

         Задача сравнительно-исторического изучения древних материалов и древних технологий, равно как и сравнительно-историческое изучение древностей и материальной культуры в целом представляется мало перспективным без надежной хронологии, построенной на основаниях, которые не зависят от уровня конкретных археологических исследований. Получив их в свое распоряжение, специалисты могут надеяться на новое решение некоторых старых и возникновение новых проблем в современной археологии.

Таблица. Числовая последовательность из ряда Фибоначчи как временные ступени антропогенеза и смены археологических эпох

Временные ступени 1

Археологическая характеристика

Антропологическая характеристика

4181 (5600)

 

Двуногое хождение

2584 (2600)

Начало орудийности

Астралопитековые

1597

Олдувай

Homo habilis 2

987 (1000)

Аббевиль (трудовая традиция)

Архантропы 2

610 (600)

Ранний ашель 5

Архантропы 2

377 (400)

Средний ашель 5

Палеантропы 3

233 (230)

Поздний ашель 54

Палеантропы

144 (140-120)

Раннее мустье 6

Палеантропы

89

Среднее мустье 6

Палеантропы

55

Позднее мустье 6

Палеантропы

34 (40)

Верхний палеолит ранний

Неоантропы

21

Верхний палеолит средний

Неоантропы

13

Верхний палеолит поздний 7

Неоантропы

8

Неолит

Современный человек

5

Энеолит

Современный человек

3

Ранняя бронза

Современный человек

2

Поздняя бронза

Современный человек

1

Ранний железный век

Современный человек

1

Поздний железный век

Современный человек

Примечания:

1 – Единица счета 1 000 лет; временные ступени приведены без уточнения начала отсчета             
2 – развитие в рамках биоценоза (биосферы)        
3 – овладение огнем, выход из биоценоза и становление ноосферы             
4 – развитие в рамках ноосферы
5 – нижний палеолит планетарная хронология, доистория             
6 – средний палеолит планетарная хронология, доистория            
7 – региональные хронологии, региональная история

ЛИТЕРАТУРА

Борисковский П.И. Древнейшее прошлое человечества. 2-е изд. Л, 1979.

Брей У., Трамп Д. Археологический словарь. М., 1990.

Вернадский В.И. Избранные труды по истории науки. М., 1981.

Воробьев Н.Н. Числа Фибоначчи. М., 1969 (изд. 3-е).

Мелларт Дж. Древнейшие цивилизации Ближнего Востока. М., 1982.

Мезолит СССР / Археология СССР. М., 1989.

Палеолит СССР / Археология СССР. М., 1984.

Румшинский Л.З. Элементы теории вероятностей. М., 1970.

Рянский Ф.Н. Фрактальная теория пространственно-временных размерностей: естественные предпосылки и общественные последствия. РАН, ДВ. Институт комплексного анализа региональных проблем. Биробиджан, 1992.

Энеолит СССР / Археология СССР. М., 1982

 

Ю.Ю. Юмашева

УТОПИЯ ИЛИ УТРО ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ?
(НОВЫЕ СРЕДСТВА РАБОТЫ С ЭЛЕКТРОННЫМИ ИСТОЧНИКАМИ)

      В последнее время развитие инфраструктуры исторической науки все более и более заостряет проблему создания и функционирования электронных архивов, информатизации уже имеющихся архивных фондов, преобразования хранящейся в них информации в цифровую форму и представления каталогов (или целых баз данных) в Интернет. Вполне возможно, что скоро, не выходя из дома, любой исследователь сможет работать с самой разнообразной архивной и библиотечной информацией, быстро находя и "скачивая" в память своего компьютера документы, хранящиеся за тридевять земель [1].

         Огромная работа по каталогизации и оцифровке архивных и библиотечных фондов давно поставлена на широкую ногу во многих странах мира [2]. Несколько лет назад и в РФ была начата подобная программа. ("Информатизация государственных архивов Российской Федерации", 1994) [3]. Различные действия в этом направлении предпринимаются также и другими организациями, не входящими в структуру архивного дела (музеи, библиотеки [4], фонды и т.п.), но, тем не менее, активно работающими в области оцифровки своих коллекций [5]. Уже сейчас многие библиотеки предоставляют услуги по электронной доставке интересующих материалов. Данный опыт позволяет надеяться также и на скорое появление обширных Интернет-публикаций оцифрованных коллекций источников различного вида и назначения [6]. При этом следует особо отметить, что видовое разнообразие документов (тексты, видеоряд, статичные изображения, аудиоряд) не является препятствием для их представления в сети.

        Это неоспоримое достоинство Интернет таит массу возможностей, до сих пор плохо оцененных историками-исследователями прежде всего из-за отсутствия инструмента, который бы позволил проводить "интегрированные" исследования с привлечением всего комплекса разновидовых источников (письменных, визуальных, звуковых и т.п.) и публиковать их результаты в адекватно воспроизводящей исходные материалы (источники) мультимедийной форме, создавая таким образом новый интегрированный метаисточник.

        Фирмой "Кордис&Медиа" в рамках издательского CD-ROM проекта "Москвоведение", была предпринята попытка создать действующую модель такого инструмента, позволяющего интенсифицировать и кардинальным образом перестроить процесс исторического (или гуманитарного) исследования, значительно расширить возможности историков при работе с различными источниками, взглянуть с несколько необычной точки зрения на само источниковедение в свете IT, и, в более широком смысле, перевести Историю из раздела "humanities" в раздел "science".

          Средство, которое было разработано, представляет собой встроенный редактор, действующий по модульному принципу, в котором из имеющихся блоков (в нашем случае – оцифрованной информации) можно создавать любые комбинации и структуры. При этом видовое разнообразие блоков (изображение, текст, видео- звукоряд, равно как и форматы их представления) не играет принципиальной роли: пользователь имеет возможность работать одновременно с любыми видами источников, "компонуя" (или "синхронизируя") последовательность их представления на экране по своему усмотрению, создавая своего рода новый интегрированный метаисточник, в котором могут сочетаться источники разных видов. Особо ценным является то, что пользователю не нужно:

·                                 быть программистом или осваивать какие-либо языки программирования. Пользуясь в своей исследовательской практике данным инструментом, историк остается историком. Предлагаемый редактор – уже готовая универсальная оболочка, ориентированная на работу с электронными документами, представленными в любых форматах, а также на удовлетворение самых разных содержательных запросов, возникающих при анализе информации (в том числе и исторической).

·                                 "скачивать" на свой компьютер источник, поскольку редактор сохраняет "адрес" (или "путь") задействованного документа, и, таким образом, имея всего лишь записанный на гибкий диск небольшой файл с перечнем ссылок на необходимые источники, можно с любого, подключенного к сети Интернет, компьютера получить доступ к интересующей информации и воспроизвести весь предварительно составленный "рассказ". При этом на экране компьютера будет отражаться не список ссылок, а сами источники.

       Преимущества такого подхода очевидны. Рассматривая каждый документ в архиве или единицу хранения в музее как единый неделимый блок информации и имея его в оцифрованном виде в базах данных, представленных в Интернет, можно проводить исследования, базирующиеся на всем видовом многообразии источников [7] и максимально широко использующие преимущества их представления и работы с ними с помощью технологии мультимедиа.

      Далее становится ясным, что подобный подход ведет к возникновению особого рода исторических исследований, которые кроме уже упомянутой возможности работы с разными источниками, обладают еще и редкими возможностями верификации созданных в целях исследования выборок документов; сопоставления привлеченных к исследованию источников с другими, представленными в Интернет-архивах; повторения исследовательского "эксперимента"; "пошаговой" проверки сделанных выводов "от источника – к источнику", "от вывода – к выводу". Данное преимущество особо ценно именно в гуманитарных дисциплинах, отнесенных к разряду "субъективно-ненаучных" именно в силу отсутствия в них возможности детальной проверки выводов.

       Все вышесказанное открывает совершенно новые горизонты и собственно в источниковедении, где, во-первых, возникает необходимость осмысления понятий "электронный источник", "источник, представленный в электронной форме" [8]; во-вторых, появляется совершенно новое направление –источниковедение электронных источников [9] (как существующих только в данной форме, так и преобразованных в нее (весь спектр "традиционных" исторических источников, а также различных артефактов, изображения которых оцифрованы), в-третьих, возникает необходимость в появлении исследователя, равно успешно умеющего обращаться и с текстом, и со звуком, и с изображением (статичным и динамичным), и с информационными технологиями и средами. Воспитание и образование такого mixtum compositum в области источниковедения – задача настоящего дня.

 

И.А. Аникеев

SUMMA SUMMARUM
(К итогам применения НИТ в исторических исследованиях)

        Развитие информатики и применение компьютерных технологий в различных областях знаний объявлено приоритетным направлением в развитии научных исследований в России. Об этом свидетельствует "Концепция реформирования российской науки на период 1997 – 2000 гг.", в которой подчеркивается: "Развитие процессов разделения научного труда привело к резкой интенсификации информационного обмена, превратило научно-информационную деятельность в один из важнейших элементов научной инфраструктуры".

       Развитие исторической информатики показывает обоснованность этих выводов: к середине 90-х годов в этой области сформировалось научное сообщество, имеющее собственную структуру. По мнению Л.И. Бородкина, оно состоит из нескольких групп, тесно взаимодействующих между собой и обеспечивающих развитие исторической информатики и ее ареала. Первая группа – это разработчики алгоритмов и программ для представления и анализа данных исторических источников. Вторая – квалифицированные пользователи новых информационных технологий, методов и программного обеспечения. И, наконец, третья группа – исследователи, столкнувшиеся с необходимостью применять в своей работе технологии баз данных, моделирования, анализа текстовых и структурированных источников и т.д. Взаимодействие этих групп ученых и обеспечивает становление и развитие исторической информатики в России.

        Основной организационной формой в Ассоциации "История и компьютер" являются ежегодные конференции. С 1993 по 1998 гг. Ассоциация провела 7 научных конференций, в которых участвовали десятки специалистов из разных городов России и других стран СНГ, а также гости из Западной Европы и США.

         Пленарные доклады и наименования секций отражали основные направления развития исторической информатики, включая проблемы методологии и историографии, создания и использования баз данных, компьютерных приложений в квантитативной истории и при изучении текстовых источников, использования новых информационных технологий в исторических исследованиях (компьютерное картографирование, мультимедиа, телекоммуникационные сети и т.д.), применения информационных технологий в обучении истории.

        Каковы же результаты использования НИТ в отдельных областях исторической науки? Ответ на этот вопрос дает библиометрический анализ тематики материалов конференции Ассоциации "История и компьютер" с 1993 по 1998 гг. на основе классификации Высшей аттестационной комиссии России.

Шифр

Название специальностей

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1993-1998

07.00.02

Отечественная история

4

9

12

9

15

15

64

07.00.03

Всеобщая история

-

-

-

1

1

4

6

07.00.06

Археология

1

2

6

9

7

12

37

07.00.07

Этнография, этнология, антропология

-

1

1

1

6

7

16

07.00.09

Историография, источниковедение и методы исторического исследования

4

6

17

12

15

19

73

07.00.10

История науки и техники

-

1

3

6

9

2

21

07.00.12

История искусства

-

-

-

1

1

1

3

07.00.15

История международных отношений и внешней политики

-

-

1

-

-

-

1

08.00.03

История народного хозяйства

-

4

4

8

4

4

24

09.00.06

Философия религии

-

-

-

-

-

-

-

23.00.03

Политическая культура и идеология

-

-

-

2

2

16

20

05.25.02

Документоведение, документалистика и архивоведение

3

9

20

15

12

2

61

05.25.03

Библиотековедение и библиографоведение

-

-

1

1

1

-

3

05.25.04

Книговедение

-

2

2

-

2

2

8

24.00.03

Музееведение, консервация, реставрация историко-культурных объектов

-

2

4

3

2

3

14

13.00.02

Теория и методика обучения (истории и информатики)

5

4

6

17

12

23

67

 

ИТОГО:

17

40

77

85

89

 

418

     Данные показывают, что компьютерные технологии охватили практически весь перечень специальностей классификации ВАК – 16 областей исторических и смежных отраслей знаний. Однако степень проникновения компьютерных технологий в эти области весьма различна. Влияние информационных технологий на изучение проблем отечественной истории, археологии, историографии, источниковедения и методов исторического исследования, истории народного хозяйства, документоведения и архивоведения, а также теорию и методику обучения истории очевидно.

      По данным за 1993-1998 гг., среди 418 публикаций АИК, удельный вес материалов с использованием информационных технологий составил: по отечественной истории – 15% от общего количества материалов, по историографии, источниковедению и методам исторических исследований – 17%, документоведению, документалистике и архивоведению – 14%, теории и методике обучения – 16%, археологии – 8%, истории народного хозяйства – 5%.

       Публикация работ по этнографии, этнологии и антропологии, истории науки и техники, музееведению, консервации и реставрации историко-культурных объектов в последние годы связано с появлением новых специфических программных продуктов и современных информационных технологий. Публикации с использованием компьютерных технологий по истории науки и техники составили 5% от общего числа публикаций, по этнологии, этнографии и антропологии – 3% музееведению, консервации и реставрации историко-культурных объектов – 3%, политической культуре и идеологии – 4% от общего числа. Число публикаций по последней специальности заметно выросло в 1997-1998 гг.

       Вместе с тем, обращает на себя внимание тот факт, что доля подобных публикаций по всеобщей истории составила 1%, по истории искусства – 0%, библиотековедению и библиографоведению – 0%, книговедению – 1%.

Фактов использования компьютерных технологий при изучении философии религии вообще обнаружить не удалось, хотя в 70-е годы был накоплен опыт анализа древних религиозных трактатов Востока с помощью количественных методов (в частности, работы Л.М. Брагиной).

         Слабое использование информационных технологий в некоторых отраслях исторической науки в последнее время было осознано руководителями отдельных академических институтов. Так, в январе 1997 года на собрании коллектива Института всеобщей истории РАН, посвященном 60-летию его создания, директор института член-корреспондент А.О. Чубарьян был вынужден признать, что наблюдается отставание института в применении информационных технологий. Он, в частности, сказал: "Практически нет компьютерной истории".

      Конечно, приведенные выше цифры отражают лишь результаты работы членов АИК. Некоторые отечественные специалисты ведут исследование с использованием информационных технологий самостоятельно (часто параллельно) с Ассоциацией. Но очевидно, что внедрение компьютерных технологий во многие отрасли исторической науки будут эффективны лишь при совместном усилии членов АИК и ученых академических институтов, университетов и других учебных заведений.

       Для этого требуется более широкая информация о деятельности Ассоциации "История и компьютер" в отраслевых периодических изданиях, издание полномасштабного журнала, посвященного проблемам исторической информатики и другие меры.

 

А.С. Дриккер

СТУПЕНИ СОЦИАЛЬНОЙ ЭВОЛЮЦИИ
(ИНФОРМАЦИОННЫЙ ОТБОР)

       Гипотеза информационного отбора: критерием отбора, определяющего "выживающие" культурные мутации, является преимущество в информационном ускорении – приращении скорости переработки информации.

Канал "индивид общество".

         Трансформация общественной структуры представляется как результат множественных взаимодействий "общественная система – индивид". Эти взаимодействия реализуются посредством двух каналов: прямого (от центра к периферии) канала управления и обратного (от периферии к центру) информационного.

        Функционирование системы перераспределение, основанное на поступающей в центр информации и осуществляемое через управляющий канал посредством штрафов и поощрений.

        Если система распознает индивида только по уровню обеспечения, сообщением на входе канала "индивид общество" является некая ценность, создаваемая "индивидом". Кодирующие устройства преобразуют сложнейший результат общественно-полезной деятельности в одномерный сигнал, который измеряется в единицах среднего "избыточного" по отношению к прожиточному минимуму дохода.

         Для исследования пропускной способности канала "личность общество" используется аналогия с электромагнитным каналом связи.

От первобытного братства к рациональному обществу.

       В первобытном обществе справедливости избыточный доход равен нулю, единственно возможное, уберегающее род или племя от вымирания равномерное распределение продукта. Нет субъекта социальной жизни, нет и социальной структуры.

        Появление малого "избыточного" дохода ведет к возникновению имущественной дифференциации и ее достаточно быстрому закреплению. Феодализм повсеместно характеризуется появлением сословных перегородок. В начальной фазе распределение "избыточного дохода" резко делит население на два слоя. Такая перемена соответствует единственному способу увеличить скорость переработки информации в условиях низкого общественного энергетического потенциала.

       Рост "избыточного дохода" ведет к дальнейшему усложнению системы, к возрастанию количества каст. Это, в свою очередь, создает условия для подъема экономического. Однако для традиционного общества устойчивый социальный прогресс не характерен.

       Феномен Европы: появление новых сословий, расслоение старых; неуклонное расширение множества градаций, постоянное усложнение структуры. Следствие этого усложнения – монотонное возрастание "избыточного" дохода. Когда доход значительно превышает условный прожиточный минимум, наступает этап структурного усложнения демократического преобразования общественной системы.

       Принципиальное отличие демократической фазы от феодальной в уменьшении разрыва между группами, когда размываются, исчезают внутренние границы, определяющие суть традиционного общества. В электромагнитном канале подобная перестройка соответствует реорганизации, при которой реализуется максимальная скорость передачи информации в канале с большими числами заполнения.

       Возникающие в XX в. тоталитарные режимы трактуются как переходная форма традиционного общества, стремящегося увеличить темпы информационного ускорения, не обладая достаточным энергетическим ресурсом.

Перспективы постиндустриального общества в информационном аспекте – освобождение человека от групповых материальных зависимостей, то есть социальное освобождение личности.

 

О.И. Мухин

РЕКОНСТРУКЦИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ И ПРОЦЕССОВ
В ИМИТАЦИОННОЙ СРЕДЕ

       Для проведения реконструкции исторических объектов и процессов предлагается использовать имитационную компьютерную среду Stratum, созданную в Пермском государственном техническом университете в рамках научно-технической программы "Перспективные информационные технологии" Министерства науки и технологий Российской Федерации.

        Среда позволяет создать первичный образ объекта, задать известные варианты его метаморфоз, провести интерполяцию и экстраполяцию, восстановив, таким образом, первоначальный и промежуточный облики объекта. Объект создается графически, законы его видоизменения задаются математическими законами или правилами, получаемыми от эксперта. Просчет законов от известной точки реализует морфинг трехмерного изображения объекта. Эксперт оценивает получаемое изображение с точки зрения исторической достоверности и может скорректировать свои первоначальные гипотезы о законах, изменяющих объект. Интересно, что гипотезы могут принимать вид цепочки постепенно развертываемых рассуждений, вплоть до словесных описаний, тогда экспериментатору удается оживить, например, вербальную легенду об объекте.

        Если мы располагаем несколькими видами объекта, то законы и правила могут быть получены автоматически интерполяцией. Далее можно реализовать уже ранее описанный этап технологии.

        Вторая возможность среды – создание управляемой анимации. Экспертом выделяются параметры существенные для функционирования объекта, определяются законы их работы. Изменение параметров модели со стороны пользователя ведет к "оживлению" объекта за счет проявления (расчета) его свойств. Методика полезна для понимания пользователем свойств и действий объекта. Развитие этого принципа ведет к технологии управляемого мультимедиа, когда визуальный образ дополняется остальными видами информации. Технология позволяет встраивать в мультимедийную модель реконструируемого объекта реальные образы в режиме on-line, например, с видеокамеры, и имитировать взаимодействие с историческим объектом реальных объектов.

       Моделирование исторических процессов опирается на технологию математического моделирования. Эксперт создает модель исторического процесса, путем задания известных ему закономерностей, законов, свойств отобранных исторических объектов. Пользователь дополняет модель гипотезами. В результаты "проигрывания" модели, состоящей из набора исторических объектов, имеющих, по мнению пользователя, влияние на ход истории, наблюдается развитие ситуации. При изменении гипотез и повторного эксперимента над моделью, отбора исторических объектов, коррекции силы их взаимодействия, можно получить альтернативные реконструкции исторического процесса. В результате набора экспериментов получается веер реализаций. Выбор некоторой из них – прерогатива исследователя. Если известны контрольные точки на временной шкале для всего процесса истории или отдельных объектов, то из веера траекторий можно отобрать наиболее достоверные.

       Наконец, поскольку среда является интерпретатором, то позволяет имитировать саморазвитие.

        Достоинством среды является доступность интерфейса эксперту в прикладной области, не владеющему навыками программирования, но способному сформулировать перечень субъектов исторического процесса, их свойства, законы функционирования, взаимодействия, развития на языке системного анализа.

 

Н.А. Полевой

ПРИМЕНЕНИЕ ПАРАМЕТРИЧЕСКОЙ ОБЩЕЙ ТЕОРИИ СИСТЕМ
ДЛЯ АНАЛИЗА ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИХ КОНЦЕПЦИЙ

        Задача работы: рассмотрение возможности формализации историографических концепций с использованием понятий и формализованного языка параметрической общей теории систем (ОТС) на примере концепции всемирно-исторического процесса Н.Я. Данилевского.

        На первом этапе работы было создано словесное описание этой концепции – полное связное изложение всех идей Н.Я. Данилевского относительно всемирно-исторического процесса, изложенных им в книге "Россия и Европа".

       Последующей формализации подвергалось полученное словесное описание. Была создана формальная модель концепции Н.Я. Данилевского в языке тернарного описания (ЯТО) параметрической ОТС. Модель описывается 26 формулами ЯТО, позволяющими, в частности, оценить меру простоты-сложности исследуемой системы всемирно-исторического процесса в концепции Н.Я. Данилевского.

      Далее были выявлены значения почти тридцати бинарных атрибутивных системных параметров параметрической ОТС (к этим параметрам в ОТС относятся такие, каждое из двух значений которых характеризует примерно половину систем любого класса) характеризующих данную систему.

      Полученное формальное описание концепции Н.Я. Данилевского оказалось вполне реформализуемым к словесной форме.

       В настоящее время ведется работа по формализации в ЯТО некоторых других концепций всемирно-исторического развития и выявлению для них значений бинарных атрибутивных параметров. Наличие моделей таких концепций и набора формальных характеристик бинарных параметров для каждой концепции позволит провести формальный сравнительный анализ этих концепций (фактически сравнительный анализ моделей). Такой анализ может производиться без привлечения ЭВМ. В стадии разработки находится программная среда машинного анализа формул ЯТО. Видимо, пока достаточно слабым местом параметрической ОТС является звено обратной словесной интерпретации формализма, поскольку не для каждой синтетической формулы ЯТО удается подобрать полностью аутентичное описание на естественном языке.

         Несомненным достоинством предложенного аппарата исследования историографических концепций является возможность формализации любых объектов до уровня моделей, пригодных для дальнейшего анализа и сравнения.

 

В.Н. Сидорцов

ПОВСЕДНЕВНАЯ ИСТОРИЯ И ИСТОРИЧЕСКАЯ ИНФОРМАТИКА
КАК ПРОБЛЕМА ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

       В последнее время история повседневности, как микроистория и другие нетрадиционные направления в современной историографии, становится все более популярной и на постсоветском пространстве. Открытость общения с западным миром, все возрастающее "проникновение" соотечественников на различные международные конференции, появление "интригующих" работ (см., например, статьи в двух выпусках основанного в 1998 г. Л.И. Бородкиным ежегодника "Социальная история") пробуждает и усиливает этот интерес. Его удовлетворению в значительной мере может помочь применение исторической информатики, которая для некоторых исследователей уже стала основной сферой их профессиональной деятельности.

       Микроистория, исходя из системного подхода к ней, как это делают российские историки И.М. Савельева и А.В. Полетаев, предполагает понимание истории в комплексе общественных наук, изучающих человечество, причем "к настоящему, т. е. предмету специализированных общественных наук", они относят ту часть прошлого, "когда общество было похоже на сегодняшнее, и поэтому к нему применимы схемы, модели, теории и концепции, созданные для анализа современности" [1]. С другой стороны, история повседневности, по словам немецкого историка А. Людтке, – это "попытка понять историю как многослойный процесс, который воспроизводится и, в первую очередь, трансформируется теми, кто является одновременно и объектами истории, и ее субъектами" [2].

Если микроистория касается главным образом методологии исторического исследования, методов микроанализа, заимствованных из других наук и адаптированных к исторической специфике изучения микрообъектов, то история повседневности – объектов их приложения, т.е. участников исторического процесса, индивидов, которые становились объектами истории и в то же время ее субъектами. Интегрирующей основой такого, комплексного подхода, связывающего объект исследования (структуру) с его проявлением (функцией) и выступает историческая информатика.

      Известно, что историческая информатика имеет своей целью как создание специализированного программного обеспечения для исследования и изучения исторических реалий (БД, всевозможного аналитического инструментария, обучающих систем), так и разработку общих подходов к применению информационных технологий [3]. К таким подходам следует отнести и сбалансированное сочетание компьютерно-источниковедческого (создание исторических источников и их моделирования) и "аналитического" (обработка данных исторических источников) компонентов в процессе решения исследовательских или образовательных задач.

      С другой стороны, реконструкция повседневной жизни людей (например, будни гитлеровского режима в Германии, или местные кровавые конфликты в странах бывшего социалистического лагеря, равно – будни немецких крестьян ХVIII в., или наборы в армию Наполеона в начале XIX в.) неизбежно ставит ряд методологических проблем, которые связаны со сложностями обобщения и оценок многообразных, часто взаимоисключающих данных, раскрывающих внутреннюю неоднородность и изменчивую динамичность хода повседневной жизни. Отдельные ее детали не могут автоматически свидетельствовать об исторической реальности. Исследовательский процесс должен обязательно сопровождаться реконструкцией отдельных элементов в единую систему их взаимосвязей. Только в таком виде эти "маленькие элементы помогут ответить на большие вопросы", под которыми понимаются "и возникновение государства, и классовые отношения с соответствующими формами производства" и др. [4]

       Методологический аппарат, предоставляемый исторической информатикой, как раз и может помочь в реконструкции повседневной жизни и способов поведения "простых" людей. Это значит – в создании достаточно полных информационных баз, описывающих анализируемые объекты, в интегрировании "многослойного пирога" истории повседневности, в проверке теоретических выводов, неизбежно вытекающих из приложения различных сил (методов) к сложным объектам научного исторического исследования (и равно "научного" исторического образования).

 

И.В. Увина

ПРЕДЕЛЫ МОДЕЛИРОВАНИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ:
ВРЕМЕННОЙ АСПЕКТ

     Классификация наук "по предмету" на естественные и гуманитарные основана на разделении методов исследования: объясняющий–понимающий (В. Дильтей), генерализирующий–индивидуализирующий (Г. Риккерт), номотетический–идеографический (В. Виндельбанд).

       Объектом истории как теоретического построения является либо прошлое, либо будущее. Именно поэтому временной аспект играет определяющую роль в теоретических построениях. Особенность исторической области знаний заключается в том, что объект исследования оказывается "отсутствующим" для историка, поскольку прошлое "уже не", а будущее "еще не" существует. Другими словами, "прошлое" и "будущее" могут быть представлены только в качестве теоретических конструкций, а история является "теоретической историей". Особенность теоретической истории заключается в том, что с одной стороны, историк получает информацию о "прошлом" из источников на основании которых он формулирует собственную версию прошедшего, с другой стороны, историк не имеет перед собой "протоколов будущего" (Г. Рейхенбах).

       В последнее время наблюдается процесс математизации исторического знания. Истории пытаются придать статус "точной" или "позитивной" науки. В исторических науках применяются естественнонаучный подход и математические методы, где центральной является проблема объяснения "исторической действительности". Применение математических моделей в истории предполагает выявление взаимосвязи между "фактами" и "явлениями" "исторической действительности" на основе общего или частного закона. Под термином "модель" понимается обобщенная конструкция, которая используется для описания или предсказания взаимосвязи между явлениями "исторической действительности".

       При теоретическом конструировании "прошлого" используются модели причинного объяснения, основанные на принципе детерминизма. Такие модели соответствуют историческому объяснению как "дедуктивно-номологического" типа, так и "индуктивно-вероятностного" на основе "охватывающих законов" (схема Гемпеля-Поппера). Математическая модель содержит связи, которые уже присутствуют в теории. Моделирование "будущего" основывается на идее нестабильности, поскольку "будущее" представляет собой "недетерминистический" объект. В данном случае математическая модель может проявлять взаимосвязи, не основании которых осуществляется предсказание "будущего" и формулируется теория.

         Применение методов математического моделирования в исторических науках предполагает множественность моделей "прошлого" и "будущего" и их интерпретации. Историческое объяснение на основе математического моделирования базируется исключительно на исследовательской "точке зрения", а использование языка математики позволяет исследователю обосновать собственное "видение" "исторической действительности". В таком случае вполне правомерно говорить о том, что в настоящее время осуществляется попытка заменить реальность истории "математической реальностью".

 

Смежные дисциплины:

Ключевые слова:

Прикрепленный файлРазмер
Иконка документа Microsoft Office Тезисы докладов по методологии и методике.doc221.5 КБ